"Но получилось по-другому"
— У меня вопрос, который я задавал уже не раз. Известно, что большевики ориентировались на образцы Великой французской революции. Поздние статьи Троцкого о термидоре – отголоски этого, Ленин даже по примеру якобинцев хотел привезти царскую семью в Москву, устроить суд, была вначале такая идея. Известно, что французы, когда провели революцию, стали подавлять этническое разнообразие и строить гражданскую нацию. У них была идея: вы все становитесь гражданами, у вас одинаковые права, но этносов не будет, у нас будет одна французская нация. Такая политика проводится во Франции до сих пор. Почему большевики не пошли по этой модели, почему, наоборот, они стали поддерживать этническое разнообразие, а во многих случаях даже конструировать нации, которых не было? Неужели они не понимали, что это очень опасно?
— Вы правы. Главная разница, думаю, в структуре самого государства (гораздо более очевидной многонациональности Российской империи) и в большевистской идеологии, которая считала национальное — формой. Ленин и Сталин исходили из того, что, наращивая форму, они не затрагивают содержание. А после их смерти выяснилось, что форма и есть содержание. Были и инструментальные причины. Ленин (как и многие православные миссионеры в Казани его юности) полагал, что подлинное обращение в новую веру возможно лишь тогда, когда слово истины проповедуется на родном языке новообращенных. Это с одной стороны. А с другой, нужно было реагировать на некоторые неподконтрольные большевикам события, в том числе распад Российской империи по этническому признаку. Поэтому некоторые уступки казались обязательными. Но самое главное заключается в том, что эти уступки не считались опасными. Предполагалось, что проблему «недоверия к великороссам» можно решить посредством чуткости по отношению к обиженным и угнетённым. Чем больше национальной формы, тем больше социалистического содержания. Но получилось по-другому.
http://www.istorex.ru/page/slezkin_yul_ya_schitayu_sebya_chelovekom_otsyuda_i_chuvstvuyu_sebya_doma_v_rossii
=======================
Там же:
"То, что я пытаюсь описать в своей книге – история тех евреев, которые последовали за Марксом в Москву и невероятно преуспели в советском обществе."
— Вы правы. Главная разница, думаю, в структуре самого государства (гораздо более очевидной многонациональности Российской империи) и в большевистской идеологии, которая считала национальное — формой. Ленин и Сталин исходили из того, что, наращивая форму, они не затрагивают содержание. А после их смерти выяснилось, что форма и есть содержание. Были и инструментальные причины. Ленин (как и многие православные миссионеры в Казани его юности) полагал, что подлинное обращение в новую веру возможно лишь тогда, когда слово истины проповедуется на родном языке новообращенных. Это с одной стороны. А с другой, нужно было реагировать на некоторые неподконтрольные большевикам события, в том числе распад Российской империи по этническому признаку. Поэтому некоторые уступки казались обязательными. Но самое главное заключается в том, что эти уступки не считались опасными. Предполагалось, что проблему «недоверия к великороссам» можно решить посредством чуткости по отношению к обиженным и угнетённым. Чем больше национальной формы, тем больше социалистического содержания. Но получилось по-другому.
http://www.istorex.ru/page/slezkin_yul_ya_schitayu_sebya_chelovekom_otsyuda_i_chuvstvuyu_sebya_doma_v_rossii
=======================
Там же:
"То, что я пытаюсь описать в своей книге – история тех евреев, которые последовали за Марксом в Москву и невероятно преуспели в советском обществе."